Подготовка текста, комментарии, вступительная статья А. Шапошникова Поэтические переводы И - страница 10


КОММЕНТАРИИ

1 Мистерии — тайные священнодействия, таинства.

2 ^ Символ веры от Пифагора — фундаментальное положение философии Пифагора.

3 Маг Гомет — маг Гаумата, правивший несколько месяцев персидской державой с 11 марта по 29 сентября 522 г. до н. э. Гаумата спокойно правил в течение семи месяцев, и по поводу его гибели горевали все подвластные персам народы. Во многих странах после убийства Гауматы Дарием вспыхнули восстания, направленные против последнего.

4 Плутон (др.-греч. «богатый») — эвфемистический эпитет Аида, который требовал от родичей умершего богатых заупокойных жертв и приношений.


^ О ДУШЕ. МЕТЕМПСИХОС. ПОСМЕРТНОЕ СТРАНСТВИЕ ДУШИ

ПИФАГОР О ДУШЕ (ПЕРΙ ΨΥХНΣ)

Душа — осколок эфира, одновременно теплого и холодного, душа отличается от жизни тем, что наряду с теплым эфиром содержит холодный эфир. Она бессмертна — ведь то, от чего она откололась, тоже бессмертно. Этимологически слово «душа» восходит к словосочетанию «охлажденный эфир» (ΨYXH < ΨYXPOΣ АΙΘНР).

Живет все, что содержит тепло (поэтому и растения тоже живые), однако не все обладает душой.

Переход душ с неба в воздушные слои и на землю совершается по воле Урана — генесиурга (ГENE-ΣIOYPГA). От него, титанов, даймонов и богов люди получают на время бессмертную и нетленную душу. Ибо то, от чего она откололась, тоже бессмертно.

Души, либо воплотившиеся, либо еще бестелесные, но стремящиеся к воплощению и страстно желающие соединиться с кровью и влажным естеством, приближаются к влаге и, увлажнившись, воплощаются. Именем наяд называют вообще все души, нисходящие для рождения.

С момента рождения душа прикована к телу в ГENEΣIOYPГA.

У души есть своя собственная сила, совершенная энергия ума (NOYΣ) и слова (ΛОГОΣ).

Пифагор считал, что душа входит в человеческое тело лишь в момент его рождения, а не в момент зачатия. С момента зачатия и в период утробного развития тело плода — лишь нарост на теле матери и одушевлено всецело ее душой.

Извергнутая из тела душа блуждает по земле в воздухе (призрак), похожая на тело. Весь воздух полон душ: это их люди почитают даймонами и героями, это они посылают людям сны и знамения, болезни и выздоровления, и не только людям, но и скотине. Для них введены очищения, умилостивление, молитвы и гадания.

Самое важное в земной жизни — склонить душу к добру или ко злу. Люди счастливы (блаженны), когда душа становится доброй.

Распорядитель душ — Гермес (Проводник, Привратник, Хтоний), так как он отправляет по назначению души при выходе из тела, как с земли, так и с моря. Чистые души он отводит к высочайшему очагу Ге-стии и престолам Зевса, а нечистым не разрешается приближаться ни к тем (чистым), ни друг к другу. Эринии сковывают их несокрушимыми оковами.

Если же тело покинув, в эфир придешь ты свободный (от всяких земных пороков), станешь богом бессмертным, нетленным, более не смертным.

Всякая душа, которая приблизится к иррациональному и безобразному виду существования (душа, которая «любит прятаться») и сделает его доступным и явным, низвергается в море рождений и омывается его зыбкими потоками.

Только в тех животных, которые предназначены для жертвы богу, не входит душа человека. Поэтому тем, кому это приличествует, следует есть лишь жертвенных животных, других — не трогать.

Область души в человеческом теле простирается от сердца до головного мозга. Эмоции (ΘYMOΣ) находятся в сердце, сознание и интеллект (NOYΣ KAI ФPENEΣ) — в мозгу. Ощущения тела — «капли от них».

Душа питается кровью. Мысли — ветры души. Вены, артерии и жилы — оковы души. Когда же она превозможет их, оставшись наедине с собой, и обретет покой, то оковами ее становятся поступки и мысли.

Душа состоит из нескольких частей — сознающей части (NOYΣ, ΔIANOIA), бессознательной части (ANOOΣ ΨΥXH), эротической части (EPΩΣ), тени (ΣKIA, ZKIAΣ ONAP) и личины (ПРОΣΩПON, ПРОΣΩПЕΙΟΝ). Любая душа имеет и божественную часть, через которую возникает общность душ, ума у друзей и единение с божеством.

Душа имеет монадическую (MONAΔIKOZ), ноиче-скую (NOIKOΣ) мужскую (APΣENIKOΣ, APPEN) часть и диадическую (ΔYAΔIKOΣ), бессознательную (ANOHTOΣ) женскую (ΘЕΛЕА, ΘЕΛЕΙА, ΘHΛYΣ, ΘHΛYKOΣ), страстную, чувственную и рабски привязанную ко всему телесному и материальному. Эти две части слиты во вселенской любви (EPΩΣ).

Нус и сущность (самость) (OYΣIA) души Пифагор определял как одно (монада, EN), так как он постоянен (NOYΣ MONIMOΣ), всецело подобен себе и изначален. Самость — первый элемент (IIPΩTH АРХН) всякой вещи.

Неразумная бессознательная часть души (ANOHTON) безгранична, беспредельна, многочисленна; она также левая, кривая, темная и злобная.

Разумная часть души, совершенная энергия ума и речи (NOYΣ KAI ΛОГОΣ),— предельная, светлая, прямая; она также правая и склонная к добру. Разумная часть души делится на три части — сознание (NOYΣ), интеллект (ФPENEΣ) и эмоции (ΘYMOΣ).

Сознание (NOYΣ) и интеллектуальная часть души (OPENEE) бессмертны, эмоциональная — смертна.

Сознательная часть отгораживается от внутреннего мира неосознанного (ANOYΣ) тенью (ΣKIA), которая состоит из того, что человека больше всего раздражает в других, вызывает ненависть и побуждает к вражде с ними. Этот внутренний беспредельный, мрачный и темный лик души иногда является во снах (ΣKIAΣ ONAP).

Одежда души, защищающая людей от внешнего мира, состоит из того, какими они хотят казаться, а частью из того, каким человека хотят видеть другие. Эта внешняя личина бывает обманчива.

Душа обладает четырьмя способностями — к размышлению, чувству оценки, чувственному ощущению и наитию.

Мышление (ЕПΙЕТНМН) сообщает душе о существовании вещей и явлений, дает им имена, вводит понятия, соединяет понятия в умозаключения, ищет истинное суждение.

Чувство (AOΞA) определяет ценность вещей, измеряет и определяет человеческие взаимоотношения, сообщает душе о приемлемости или неприемлемости чего-либо, создает мнение.

Чувственное ощущение (AIΣΘHΣIΣ) сообщает душе о присутствии вещи, данной в ощущениях, но не может сказать, что это, а только наслаждается или страдает от соприкосновения. Ощущение вообще и зрение в частности — очень горячий пар, горячая энергия. Энергия тепла зрительного луча отражается (отталкивается) от холодного. Глаза — врата Солнца. То же говорил Пифагор и о прочих ощущениях.

Наитие (NOYΣ) помогает душе постигнуть суть явлений и вещей, которые не даны в ощущениях, с помощью внутреннего восприятия и безмерного бессознательного. Оно позволяет душе предвидеть ход событий, не опираясь на жизненный опыт.

Приход людей в жизнь подобен скоплению людей на большом общенародном празднике. Как в этой толпе суетятся разные люди, пришедшие один — с одной целью, другой — с другой (этот — стремясь продать товар подороже, тот — показать телесную силу и добиться славы; есть и третий род людей, наиболее свободный, пришедший ради созерцания зрелища и прекрасных предметов, величия слов и деяний, которые обычно наблюдают на общенародных праздниках), так и в жизни различные люди собираются в одном и том же месте, движимые несходными интересами.

Души, пришедшие в этот мир для наказания, должны быть наказаны. Поэтому труды (трудности) являются благом, и не следует ни с кого снимать его ношу, а нужно, наоборот, помогать ее взваливать.

МЕТЕМПСИХОС

^ (ПАΛΙГЕΝЕΣΙАΙ KAI METENΨYXΩΣΙΣ)

Считается, что Пифагор первым высказал мнение, что душа, проходя по кругу неизбежности, всякий раз воплощается в различных живых существах.

Владыками преисподней египтяне считают Деметру и Диониса. А еще египтяне первыми сформулировали следующее учение: душа человека бессмертна и с гибелью тела вселяется (входит) в другое животное, которое всякий раз в этот самый момент рождается. Когда она обойдет всех земных, морских и пернатых животных, то снова вселится в рождающееся тело человека, причем полный круговорот она совершает за три тысячи лет. Некоторые эллины — одни раньше, другие позже — выдавали это учение за свое собственное (Ферекид и Пифагор).

Пифагор — явившийся в человеческом образе для исправления жизни рода смертных и общей пользы благой и человеколюбивый даймон, один из даймонов, населяющих Луну.

Пифагор подтвердил правильность уподобления его Аполлону, прибавив, что пришел творить добро и служить людям. Человеческий образ он принял для того, чтобы люди не смутились и не стали избегать обучения у него, почувствовав его божественную суть.

Пифагора считали не человеком и не богом, а существом особого рода.

Он помнил свои прежние воплощения и потому стал заботиться о других людях, припоминая, какие жизни они прожили прежде.

Так Пифагор поступил в случае с Миллием-кро-тонцем и с другими.

Пифагор очень живо и ясно припоминал множество случаев из прежних жизней, прожитых его душой до того, как она была заключена в его тело. Примером тому — известный случай со щитом фригийца Эвфор-ба, который находился в Микенах, в храме Геры Аргивской вместе с прочей троянской добычей.

Так Пифагор укреплял о себе мнение, что до Троянской войны он был Эталидом, сыном Гермеса, в Троянскую войну — Эвфорбом, сыном Панфоя, противником Патрокла1 (Илиада XVII, 51—60), затем — Гермотимом Клазоменским, потом Пирром, рыбаком на Делосе, и, наконец, Пифагором-самосцем.

ей к пречистой Ферсефоне, дабы она благосклонно послала меня в обитель святых. Я имею этот дар памяти, воспетый у людей».

Если тебя принимает Персефона, то она скажет: «Счастливый и блаженный, ты по закону станешь бессмертным».

^ ПОСМЕРТНОЕ СТРАНСТВИЕ ДУШИ ПО ПИФАГОРУ

(AYΣΙΣ ΨΥXHΣ H KATABAΣIΣ EIΣ AIΔOY)

Пифагор так говорил своим ученикам о посмертном странствии души:

«Когда тебе суждено будет умереть, то, лишь душа твоя покинет мир подлунный и свет Солнца, ступай направо по священным лугам и рощам Ферсефонеи2, тщательно остерегаясь соблазнов.

Ты дойдешь до хорошо сделанного храма Аида. Справа (слева) — источник, текущий из озера забвения Леты, там бьют ключом белые воды, рядом с ним стоит белый кипарис. К этому источнику не подходи даже близко. Здесь охлаждаются опускающиеся души мертвых перед новым воплощением, чтобы забыть все былое. У небесного озера извергаются белые воды из ночного зноя в сумрачных лоснящихся недрах пещеры из доброго камня. Там — обитель мойр — Атропос, Лахесис, Клото.

Дальше ты найдешь другой источник, текущий из озера Мнемозины — всеохватной памяти. Это источник текущей холодной воды. Перед ним над водою — стражи. Они спросят тебя проницательно: «Кто ты, откуда ты, зачем ты пришел и чего тебе надо, что ищешь ты во мраке губительного Аида?»

Объяви им всю правду. Скажи: «Я сын тяжелой земли и звездного неба, по имени Пифагор, но род мой небесный, ибо я тоже горжусь происхождением от вашего блаженного рода. Я иссох от жажды и погибаю — так дайте же мне быстро испить холодной воды из источника, текущего из озера Памяти».

И они сжалятся над тобой, повинуясь подземному царю, и дадут тебе пить из божественного источника озера Мнемозины. И тогда ты станешь блаженствовать с другими героями.

И ты пойдешь по многолюдной священной дороге. По ней идут и другие славные телеты, вакханты и мисты.

У перекрестка трех путей их встретят Минос3, Эак4 и Радамант5 и рассудят, отправив разные души разными путями.

И ты войдешь в величественный храм Аида и скажешь: «Я (душа) прихожу чистая из чистых, о царица преисподних — Ферсефона, о Эвклей-Эвбулей и другие бессмертные боги, привет вам! Я также горжусь происхождением от вашего счастливого рода. Я понесла возмездие за дела отнюдь не праведные: то ли Мойра сразила меня, то ли Зевс-громовержец — перуном. А теперь я прихожу просительницм богом вместо смертного!» Ответь с поклоном: «Я — козленок — упал в молоко». Радуйся, радуйся, радуйся!

Затем душа твоя, подобно неугасимому огню, взлетит в бесконечные холодные дали, все выше и выше, все ближе и ближе к огромному шару из таких же негаснущих сияющих огней. Радуйся, испытав испытанное, прежде этого не было с тобой никогда. Ты вырвался из мучительного многострадального круга рождений. Словно быстроногий бегун, ты достиг вожделенного венца, ты погрузился в лоно Владычицы-Геетии. Радуйся, радуйся, радуйся!

Если же долгов у тебя перед смертными и бессмертными немало, грозным голосом Эвклей ввергнет тебя, душу-светильник, в паденье. При этом, канув в Лету — реку Забвения, ты охладишься и прошлые жизни забудешь. Три мойры, обитающие у белых вод истока Леты под ночными покровами в пещере из добротного камня, над тобой склонятся и нить судьбы спрядут, ее отмерят и длину определят. Пав с безмерных высот на землю, ты ударишься больно. Нет тяжести более, чем этот удар. И начнутся страдания, и муки вернутся, ибо в тело вновь заключена душа и не свободна отныне. Так ты вновь воплотишься, о прошлых рождениях не помня».

КОММЕНТАРИИ

1 Патрокл — сын Менетия, родом из Опунта, любимый друг Ахилла, убитый в поединке Гектором.

2 Ферсефонея — диалектный вариант имени Персефоны, супруги Аида.

3 Минос — сын Европы и Зевса, справедливый судья в царстве умерших. Минос, Радамант и Эак жизни. Величайшие несчастья приключились из-за одной невоздержанности.

Самым хорошим человеком можно считать того, кто без постороннего совета может предвидеть сидят у распутья трех дорог и судят прибывающие тени мертвых. Радамант судит азиатов, Эак — европейцев, а в наиболее сложных случаях им на помощь приходит Минос.

4 ^ Эак — сын Зевса и нимфы Эгины, мифический царь о-ва Эгины, ставший после смерти одним из трех судей в царстве мертвых.

5 Радамант — брат Миноса, судья в царстве Аида, судивший души, пришедшие из Азии.


^ ЭТИКА. ПРАВО. ПОЛИТИКА

ЭТИКА ОТ ПИФАГОРА

(HΘIKΩN ΔOГMATΩN)

Большую часть этических воззрений Пифагор заимствовал у Фемистоклеи, дельфийской жрицы.

После богов, даймонов и героев более всего следует чтить родителей и закон, а также готовить себя не к притворному, а к искреннему послушанию им. (См. 1—4 строки священных стихов.)

Дружеское отношение всех со всеми — основа общественного блага.

В общении друг с другом и при почтительном отношении ко всем старшим следует любить прежде всего отцов, а при человеколюбивом отношении ко всем остальным — больше всего стремиться к братскому единению с ними. Нужно быть таким, как будто никогда не собираешься стать врагом своим друзьям, а врагам как можно скорее хочешь стать другом.

Всякий человек должен стремиться быть достойным доверия.

Нужно почитать старших.

В отношении младшего к старшему неуместен любой вид гнева, дерзости или угрозы. При общении со старшими младшим следует этого избегать.

Пифагор советовал юношам ссор не начинать, не защищаться от тех, кто их бранит, и вовсе не перечить старшим.

Именно в пору юношества страсти достигают высшей степени; юношеский возраст словно подвергается испытанию со стороны природы. Поэтому надо сохранять благоразумие (ΣΩФPOΣYNH).

Невоздержанность порождает нечестивые браки, мотовство, пьянство, противоестественные удовольствия и необузданные желания (эти желания уже вынудили некоторых вступить в связь с матерями или дочерьми), приводящие к пропастям и обрывам.

Тирания, несправедливость, корыстолюбие, случайные выгоды — все это не стоит ничего.

Лишь благоразумие (ΣΩФPOΣYNH) дает и телесные и душевные блага, сохраняет здоровье и стремление к наилучшему образу, что ему полезно.

Вторым человеком по достоинству — того, кто на примере случившегося с другим понял, что полезно ему самому.

Самым плохим можно считать того, кто, поступая дурно, надеется на лучшее.

Неразумно обращать внимание на мнение всякого человека, особенно, если это мнение большинства людей. Правильно воспринимать и судить дано немногим, лишь людям посвященным и знающим.

Не менее неразумно и презирать восприятие и мнение всякого человека вообще. Такое отношение может привести к невежеству и неисправимости.

Те, кто хотят снискать почести, добьются цели, если будут подражать победителям в беге. Ведь эти последние не делают зла соперникам, а стремятся добиться победы сами по себе.

Хорошо быть таким, каким хотелось бы казаться в глазах других.

Не столь священен совет с кем-нибудь, как похвала кого-либо.

Не соответствует мужской природе с легкостью отдавать приобретенное трудом.

Истинная любовь к прекрасному (ФΙΛОКАΛΙА), говорил Пифагор,— в нравах и знаниях. Ибо любовь (АГАПН) и забота принадлежат к хорошим привычкам и нравам. И точно так же из знаний и навыков воистину прекраснолюбивы прекрасные и благопристойные, а то, что называет «прекраснолюбием» большинство, т. е. прекраснолюбие, связанное с необходимым и полезным для жизни, лишь украло свое название у истинной любви к прекрасному.

Об удаче (TYXH) он учил так. В ней есть нечто божественное, ибо на одних людей божество влияет к лучшему, на других — к худшему; поэтому одни явно удачливы, другие неудачливы. С особенной очевидностью это явствует из того, что тем, кто делает нечто непреднамеренно и наугад, это часто удается, а тем, кто преднамеренно и по плану,— нет. Есть и другой вид удачи, благодаря которому одни рождаются одаренными и везучими, а другие — бездарными и обладающими противоположной натурой. Первые попадают прямо в цель, куда бы ни метили, вторые бьют мимо цели, и мысль у них движется невпопад и в замешательстве: такое невезение врожденное, а не привнесенное.

О желании Пифагор учил так. Эта страсть необыкновенно разнообразна. Из желаний одни — приобретенные и искусственные, другие — врожденные. Желание как таковое — это порыв, стремление и влечение души к полноте, или присутствию ощущения, или опустошению и отсутствию и нечувствительности. Есть три наиболее известных вида ошибочного и дурного желания: непристойность, неумеренность, неуместность.

Живое существо по природе своей дерзко и разнообразно по своим порывам, влечениям и остальным видам страстей. Порывы и влечения — виды страдательных состояний души, в которые она ввергается, когда лишается своего главного свойства — разумности. Поэтому живое существо нуждается во власти свыше и управлении, от которых будет исходить разумность и порядок.

Пифагор выявил восемь страдательных состояний души (ПАΘН). Каждое имеет умеренную (золотую) середину и является добродетелью (АРЕТН). Каждое имеет избыток или недостаток, переходящие в пороки.

Добродетель (АРЕТН) есть гармония, и точно так же гармонией являются здоровье, всякое благо и бог, поэтому и вся вселенная создана по законам гармонии.

Средняя мера мыслительной энергии (ЕПΙΣТНМН), направленной на внешний и внутренний миры,— основа добродетелей благоразумия и мудрости (ΣОФΙА).

Избыток мыслительной энергии, направленной на внешний мир, ведет к порокам негодования и гневливости (MHNIΣ).

Недостаток мыслительной энергии, обращенной на внутренний мир, ведет к заносчивости и гордыне (YBPIΣ).

Средняя мера душевной энергии чувства (ΔОΞА), направленная равномерно на внешний и внутренний миры, является основой добродетели справедливости и правосудия (ΔIKAIOΣYNH, ΣΩФPOΣYNH). Пифагор сравнивал справедливость со сферой и равностно-равным числом типа 4 (2x2).

Избыток душевной энергии чувства, направленный на овладение внешним миром, приводит к пороку пустого тщеславия.

Недостаток энергии чувства, обращенный на собственный внутренний мир, ведет к пороку зависти и уныния.

Средняя мера душевной энергии наития (NOYΣ) — основа прекрасной добродетели — благочестия (OΣIOTHΣ).

Избыток душевной энергии наития, обращенный на внешний мир с целью полного контроля над ним, превращается в порок корыстолюбия и скаредности. От корыстолюбия родились грабежи, разбой, отравления, отцеубийство, святотатство.

Недостаток энергии наития, обращенный во внутренний мир души, приводит к пороку трусости и страха божьего.

Средняя мера душевной энергии чувственных ощущений (АΙΣΘНΣΙΣ) дает добродетель мужества (ANΔPEIA, ANΔPEIΩTIΣ).

Избыток душевной энергии чувственных ощущений, направленных на овладение внешним миром, приводит к порокам насилия, похоти и тирании.

Недостаток душевной энергии, обращаясь к внутреннему миру души, ведет к пороку чревоугодия и невоздержанности.

Пифагор призывал блюсти хорошие клятвы, так как для нас будущее далеко, для богов же нет ничего далекого.

Он говорил, что гораздо более благочестивым будет претерпеть несправедливость, чем убить человека. Ибо право последнего суда принадлежит Аиду. Посмертный суд рассудит, кто прав, кто виноват. Человеку лучше перетерпеть несправедливость, чем самому нанести ее.

Пифагор нашел способ отучать людей от совершения несправедливостей напоминанием о посмертном суде над душами, зная, что он в действительности происходит и что упоминание о нем полезно для развития страха перед совершением несправедливых поступков.

Пифагор развивал все самое лучшее в людях, изгоняя из их нравов чувство собственности и укрепляя общинное начало. Он полагал, что к справедливости ведет развитие чувства родства с людьми, отчуждение же и пренебрежение к общему роду порождают несправедливость.

Благородные люди, повторял он, даже если они живут на разных концах земли,— друзья друг другу прежде, чем познакомятся и разговорятся.

Пифагорейцы, даже не зная друг друга лично, стремились оказать дружескую помощь тем, кого они прежде не видели, если получали какое-нибудь доказательство, что те — приверженцы того же самого учения, что и они сами.

Пифагор увещевал всячески воздерживаться и отвергать роскошь. С рождения приучать себя к умеренности и мужественному образу жизни и не осквернять себя ничем жалким, дерзким, скандальным, грубым, смешным — всем, что порождает зло.

Он призывал относиться к животным как к родичам и друзьям: ни в чем не чинить им обиду, не убивать и не поедать их.

Скромность и благопристойность состоят в том, чтобы не заливаться от смеха и не быть унылыми, т. е. соблюдать меру в проявлении эмоций.

Пифагор придумал сочетание некоторых диатонических, хроматических и энгармонических мелодий, при помощи которых он легко обращал и приводил страсти души (печаль, гнев, жалость, глупую зависть, страх, различные стремления, ярость, желания, пустые фантазии, низкие чувства, горячность).

Если собираешься вступить в подлинно дружеские отношения, требуется: 1) разделить и распределить обязанности и обозначить их правильно, в соответствии с нравом каждой из сторон; 2) соблюдать уважение друг к другу, единомыслие и порядок; 3) не допускать раздора, вспышек гнева.

Основой благой жизни Пифагор считал веру (EYΣEBEIA) в благих богов, даймонов и героев, надежду (ЕΛПЕ,- IΔOΣ) на спасение ото зла и всеобщую любовь (ФΙΛΙА).

Ни одно из несчастий человеческой жизни не должно быть неожиданностью для умных людей. Но из того, что не в нашей власти, следует ожидать всего.

Самое важное, считал Пифагор, склонить душу к добру в человеческой жизни. Люди счастливы (EYΔAI-MONIOI, «охваченные добрым даймоном»), когда душа становится доброй.

Свойства доброй души по Пифагору: справедливость, доблесть, соразмерность, здоровье, благость, благочестие, ритуальная чистота, любовь (ΔIKAIOΣYNH, APETH, APMONIA, ΥГΙЕΙА, АГАΘА, ΘЕОTIMIA KAI OΣIOTHΣ, AГΝEIA, ФΙΛΙА).

Спасение от зла и смерти он видел во всеобщем дружеском согласии и любви.

Всеобщая любовь-согласие (ФΙΛΙА) достигается:

■ разумной части души с неразумной — через философию и осуществляемое по ней умозрение;

■ души с телом — через здоровый образ мыслей и поступков;

■ противоборствующих сил тела — через здоровье и здоровый образ жизни;

■ людей с богами — через благочестие и служение (OΣIOTHΣ KAI ΛЕΙТОΥРГΙА);

■ разумных людей с неразумными животными — через природную общность и справедливость;

■ мужа и жены, братьев и сестер, домочадцев — через неискаженные взаимоотношения;

■ сограждан между собой — через твердую законность;

■ представителей разных народов — через истинное знание природных свойств каждого из народов.

0467389223301515.html
0467458754764368.html
0467535470492291.html
0467697650597408.html
0467869678897087.html